emyn: (Eli7)
Джесси, с младенчества и до упора, боялась грозы. И ветра. Вследствие перенесенного в раннем возрасте перелета. Ветра в нашем городе дули практически постоянно, поэтому она боялась часто. Ну, все как у нормальных психов - пока еще вокруг кто-то топчется, свет горит, еще туда-сюда, а вот когда уже ночь и остаешься один на один с этим воющим нечто, то... то, козе понятно, надо бежать к родной душе и спасаться. Но будить родную душу неловко. Поэтому надо сделать так, чтобы как бы она, эта родная, сама проснулась. Поэтому 30+ килограммов живого собачьего веса подкрадывались к моему дивану, укладывали длинную морду на подушку и начинали Read more... )
emyn: (Default)
Глава 23. Красавица и чудовище.
Read more... )
emyn: (Eli7)
Тогда уж с самого начала. Мне лет 12. О рыжей колли, как уже сообщалось, я мечтала. Это была настоящая, дикой силы обсессивная мечта. Первая мечта, практически. Но была одна проблема - в нашем городе не было таких собак. Ну, единственная сука-колли была не в счет, поскольку шерсть имела черную и на Лесси, соответственно, не походила. Принадлежала она слепому, который эксплуатировал ее сучность в режиме конвейера - дважды в год возил на случку и торговал щенками.
Мой отец, случайно как-то и незаметно для себя пообещав мне собачку "Да ну, зачем она тебе, на лису похожа! Обещаешь, что болеть не будешь? Тогда надо купить, конечно", очень быстро понял, что попал. Я добилась потрясающих успехов в дрессуре родителя, причем именно в этом направлении. Начались какие-то сложные переговоры с московским клубом собаководства, с заводчиком, с постановкой в очередь, поскольку вся страна вдруг и резко, посмотрев сериал, таких собак возжелала, а порода была на тот момент редкая, в общем в очередь записали, но ничего не обещали. Я активно сходила с ума. Папке моему все это очевидно и сильно надоело. Я же к этому времени обтянула деревянный ящик тканью и вышила на ней надпись "Лесси-рыжая". Я принесла с улицы деревяшку и за три дня выточила из нее "апорт", содрав в кровь кожу стамеской, ножом и молотком. Столярными работами я ни до ни после не занималась. Родители притихли. Я уже практически наизусть знала брошюру "Воспитай щенка". Разговоры же с родителями начинала издалека, но однотипно, примерно так: "А знаете ли вы, что желудочно-кишечный тракт собаки - это вовсе не мусоропровод для испорченных продуктов?" "Известно ли вам, что иногда нервные суки совершают сексуальные движения, свойственные кобелям?"Read more... )

* * *

Apr. 5th, 2005 09:08 pm
emyn: (Eli7)
Времена текут по сгибам рук,
проникая в полые сосуды,
кровь разносит не желанье блуда,
но желанье состоять из двух.
Боком не протиснуться в простор,
незачем в него тайком и боком.
Это твой единственный драгстор
где торгуют забродившим соком.
Я хочу сказать о естестве,
а выходит - снова о тревоге,
о несовпадении мастей
и о разной высоте порогов -
болевых и дома. Ничего,
я уже привыкла к расставаниям,
я их репетирую, чертой
обозначив жирно и заранее,
чтобы в тот ответственный момент,
в то мгновенье ужаса и скотства
ощутить не уровень сиротства,
а тупую пилящую лень.
emyn: (Default)
Глава 22. Контригра.
Read more... )
emyn: (Eli7)
Ну вот, воспоминания стали меня терзать. Собачьи воспоминания. У меня была собака, я ее любила... И еще я только что пообещала [livejournal.com profile] el_41 запостить отрывок из моей повести "Иногда я стараюсь быть...". Действующее лицо, в смысле - морда, в этом отрывке - Грейси, рыжий сеттер. Но мы-то с вами знаем, что это Джесси, рыжая колли, та еще сука.

В отрочестве у меня была собака, купленная под честное слово, что не буду болеть, звали Грейси, рыжий сеттер, она и в детстве была умницей а, главное, ей помогло то, что ее честно и дорого купили, поэтому пытались воспитывать по книжке. Живя рядом с домом для социально-избранных, Грейси подружилась с Толиком - бульдожьим подростком, подобострастно внесенным в семью вместе с ящиком дефицитной жратвы на День конституции, то есть в виде классической взятки щенком.
Гуляла с Толиком хорошая добротная девушка, которая умела правильно ежиться в песцовой шубке, невзирая на температуру. Меня, в связи с интересом Толика к Грейси тоже брали на прогулку, к чести этой девушки, ибо я была угловата во всех отношениях.
Чем кормим собак, мы выяснили в первый же вечер: Грейси ела по книжке, то есть всякий ужас типа странной костной муки из неясно чьего организма, но с витаминами, за всем этим я ходила в собачий клуб. У Толика меню было более человеческим - его кормили остатками взяток, а последние замечательны своей полной непредсказуемостью. Видимо, что-то Толика в этом не устраивало, ибо славный избалованный пес имел одну мерзкую особенность - он жрал дерьмо.Read more... )
emyn: (Eli7)
Так, продолжим, да? А даже если и нет - все равно продолжим. Воспоминания нельзя запихнуть обратно, тогда они против иголок идут.
Значит, июль, берег Черного моря, лагерь университета Дружбы Народов им. Патриса Лумумбы. Полная и окончательная этнография! Международный фестиваль студентов, кторый я пропустила ввиду нерожденности, нагнал меня, подростка, тем летом. Да, тут надо написать свой акварельный портрет. Мне было 14 лет, я была абсолютно нежным романтическим наивным до юродства ребенком, а здоровые зачатки цинизма дремали, чтобы заколоситься позже, 176 рост, 55 вес, коса до попы, взрослые мужики орали "цапля", а джинсовые звали в манекенщицы и сниматься в кино. Еще у меня вдруг прошли от солнца прыщи. А еще у меня было красное платье-миди с большими птицами и большим вырезом, я его сшила сама и долго не решалась надеть из-за этого самого выреза, но наконец решилась, распустила косу и походила по лагерю взад-вперед с полчаса, без последствий. Когда же на следующее утро, в шортах, футболке и с косичкой я явилась за мороженым в ларек, то ко мне приблизилось маленькое косое (в смысле глаз) существо желтого цвета и спросило: "Ся сь сясье ясье?"Read more... )
emyn: (Eli7)
Так, вспомнилось.
Память у меня отвратительная. Зрительная - плохая. Лиц не помню. Имен тоже. Факты размываются и наползают друг на друга. События переворачиваются. Живу в прожекторе реального времени, а впереди и позади - туман. Но и в тумане, как известно, кое-что видно.
Да, с иностранными языками все точно так же. С английским. Вот, значит, были три топика, из всего курса школьного английского, которые ровной нитью вытягивались из смыслового клубка - всегда. Это как дважды два. Это как "как тебя зовут - Лиза". Это как "London is the capital of Great Britain". Второй топик - как пройти на автовокзал, подробно. А третий - про 28 панфиловцев.
Так, теперь окончательно возвращаемся в пошлое. Вот, класс седьмой-восьмой, я с родителями отдыхаю на Черном море, в блатном месте - отдельном домике, приписанном к территории и столовой лагеря универа им. Патриса Лумумбы. Пляж, соответственно, получается международный. И мне очень скучно. И неловко. И жизнь вообще проходит зря, потому что вокруг столько интересного, а я на подстилочке с папой-мамой. Ну, шарят глазки вокруг и нашаривают дощечку, 20х20 см. примерно.
Убейте меня, я не знаю зачем я ее взяла и о чем я думала, когда писала на ней. То есть, почему я писала по-английски, я могу догадаться, все-таки столько цветов кожи вокруг. Собственно, а вариантов было всего три, чтобы без ошибок, помните, да? Про Лондон - как-то было глупо. Спрашивать дорогу до автовокзала на дощечке - тоже. И тогда я написала, прямо вот так, по-английски, шариковой ручкой на дощечке:
"Велика Русская земля. Но отступать некуда! За нами - Москва!"
И, зайдя подальше в море, деревяшку выпустила. И цепко за ней наблюдала. И видела, как один милый типичный негр эту дощечку выловил и стал читать.
До сих пор его застывшее вопрощающее лицо стоит перед моим мысленным взором, ага. И как он потом озирался подозрительно, и как никого не увидев, посмотрел вверх и незаметно табличку эту отбросил в волны.
И вот я сегодня подумала, зачем-то это вспомнив. Пишет, вернувшись, он письмо своей девушке - мол, дорогая Джоан, во время учебы в Москве, я встретил девушку Татьяну, долго не решался тебе сказать, но чувства мои отключают разум, а разум устал, но взывает к совести, и решил я положиться на судьбу, ибо уверен - просящему обязательно бывает послан Знак, и я получил этот Знак из черных волн русского моря, от приплыл ко мне на простой квадратной дощечке, исписанной английскими буквами, и было там сообщено, что мир велик, что земля Русская громадна, но идти мне больше некуда, поскольку за мной - Москва и это значит - выбор за меня сделан, на чем и прощаюсь с тобой навсегда, вверяя себя и свою судьбу Высшему предназначению и Татьяне.
emyn: (Default)
Глава 21. Она нас и в шампанском.
Read more... )
emyn: (Default)
Глава 20. Дачник.
Read more... )

* * *

Mar. 26th, 2005 06:09 pm
emyn: (Eli7)
Излет февраля, пленка снега на мутном глазу.
Горячий комочек жалких рассохшихся перьев.
Запах тепла от белесой чужой батареи.
Благословляем лозу.

Налить на ладонь алкоголя объемом в глоток.
Всмотреться, качая, в набухшую линию жизни.
Февраль истончился, и кожа, и локоток.
Страдания из-за.

Втереть слабый луч в онемевшую сизую тьму.
Это - рассвет. Это - скоро весна. Это - снова.
Цикл круговерти, начавшийся много тому...
Стенания "скорой".

* * *

Mar. 26th, 2005 01:16 pm
emyn: (Eli7)
Мы будем строить что-то восходящее
в потоках испарений и молитв,
мы будем создавать огромный ящик
торжественный, готический на вид.
И, получив задуманную тару,
представим, что наполнилась она
святой и прочной верой в идеалы,
которых не осталось ни хрена.
emyn: (Default)
Глава 19."Обманули дурака на четыре кулака."
Read more... )
emyn: (Eli7)
Тебя не оскорбляет пустота?
Плеснет себя - тебе в лицо: умойся!
Оно смешно, твое мироустройство,
где все в пределах от нуля до ста.
Ста двадцати, конечно. Продолжай,
ведь вязка смыслов лучше, чем животных.
И в испареньях ночи - злых и потных -
смотри, как небо подъедает ржа.
Так начинается обыденный обряд,
и птицы голосят и причитают.
И в пустоте твоей так шарится набат,
как змеи по заброшенному раю.
Рассвет. Погасла ночь. Потопный свет.
Захлебываясь, видишь все. Противно.
Белесый неизбежный лазарет,
по стенам - современные картины.
По коридорам верный персонал,
одетый в снег и плесень. Но не бойся,
с тобой всегда твое мироустройство,
где ты смешно, но верно ночевал.
Ты даже научился называть
предметы, время, гадов и поступки.
И - главное - ненужное стирать
при помощи хлорированной губки,
и не бояться чистого листа,
ведь все в пределах от нуля до ста.
emyn: (Default)
Глава 18. Отцы и дети.
Read more... )
emyn: (Default)
Глава 17. Шаги Командора.
Read more... )
emyn: (Default)
Глава 16. Лебедь, рак и щука.
Read more... )
emyn: (Default)
В шаббат предавались размышлениям над постом http://www.livejournal.com/users/yols/174919.html (via [livejournal.com profile] crivelli)
Преисполнились великой благодарностью к Главному Экспериментатору за то, что миновал нас жребий оказаться в одной группе с последней обезьяной.

* * *

Mar. 12th, 2005 12:24 pm
emyn: (Eli7)
Сунешь ветку в мартовский костер,
вспыхнет пламя влажности и шелка.
Младшая из вызревших сестер,
ломкая, как ноги жеребенка,
мартовская робкая нестрасть.
Чуть румянец, чуть длиннее фразы,
и пыльца клинической мимозы
маскирует угольную масть.
Мы теперь рисуем акварелью,
пусть течет, непроизвольность тянет
так, как тянет Пана за свирелью
до того, как тело дудкой станет.
Умиляясь, смотрим на хитин
прошлогодней осени. А это,
разноцветное, рожденное, нагретое
расправляет крылья и летит.
Page generated Jul. 21st, 2017 04:46 am
Powered by Dreamwidth Studios